14 сентября 1812 года французская армия Наполеона Бонапарта вошла в Москву.
Наполеон ожидал традиционного ритуала, делегации городской знати с ключами от города. Это должен был быть абсолютный апогей его самой амбициозной военной кампании. Вместо этого его ждала жуткая тишина, которая вскоре превратилась в апокалиптический рев пламени.
Наполеон был глубоко дезориентирован этим фактом. Его глобальная стратегия всегда основывалась на понятном принципе – разгром армии противника в решающей битве и немедленное подписание выгодного мирного договора в захваченной столице.
Но все пошло по совершенно иному сценарию – и уже в ночь на 15 сентября началось то, что французский генерал, свидетель тех событий, Филипп-Поль де Сегюр описывал так:
Мы шли по огненной земле, под огненным небом, между двумя огненными стенами.
#НашаИстория
Наполеон оказался в западне: зимовать в разорённом пожаром городе было невозможно, армия не могла отдохнуть после похода и перенесённых лишений, напротив она начала разлагаться, превратившись в сборище мародеров.
Наполеону стало понятно, что дальнейшее пребывание в Москве не принесет ему никаких выгод. Он делал неоднократные попытки примириться с Александром I. Предложение заключить мир, переданное представителями Наполеона Кутузову, было отвергнуто. Кутузов отказался прекратить партизанскую войну, заявив, что это не в его силах, так как народ смотрит на французских завоевателей как на нашествие татар.
В октябре 1812 года «великая армия» Наполеона покинула Москву и начала поспешную эвакуацию. Великое дело совершилось. Кутузов, узнав о том, что французы выступают из Москвы, заплакал и сказал:
Боже, Создатель наш! Наконец ты внял молитве нашей! С этой минуты Россия спасена!
